Сегодня и вчера

Явиться на войну до «Петрова заговейна»
...Рассылали повестки ко всем областным наместникам для объявления во всех городах, назначенных участвовать в походе, чтобы служилые люди являлись на службу в такое-то место и в такой-то день и там представились бы таким-то начальникам.

Времени для сбора войск к общим сборным пунктам полков требовалось много, что представляло, конечно, весьма важное неудобство, когда война являлась неожиданной; по сборе войск в 1577 году в Новгороде и Пскове для похода в Лифляндию срок сбора войск в упомянутых городах розрядом, объявленным в апреле (1), назначен был: 23 апреля («Егорьев день вешний»), 1 мая (Преполовеньев день), 16 мая (Вознесеньев день)) и 9 июня («Петрово заговейно»).

Тщетно неприятель хотел сопротивляться; живо преследуемый, штыками, в улицах города, он зажег его, дабы обезопасить свое отступление. В то же время начал отступать и корпус Маршала Нея, который дважды переходил речку Вязьму, сперва по мосту у деревни Плетниковки, а потом по мосту, находящемуся на проселочной дороге из Вязьмы в деревню Лучинцову. Корпуса Вице-Короля Итальянского, Князя Понятовского и Маршала Даву равномерно прикрылись речкою Вязьмою, перешед ее по мосту, находящемуся в полуверсте за городом, на Дорогобужской дороге. Наступившая ночь прекратила сражение.

В сражении под Вязьмою, продолжавшемся с 8-ми часов утра до 6-ти часов вечера, неприятель потерял около 7,000 человек, выбывших из строя; в том числе более 2,000 пленных, между коими находился Генерал Пелетье. Сверх того отбито у него одно знамя и три пушки. Урон с Российской стороны состоял из 800 человек убитых и тысячи раненых.

Доносы на Леонтия Васильевича Дубельта
«Я был честный чиновник, служил хорошо, имел место, моя племянница воспитывалась в Демидовском доме. Дубельт обольстил ее, я подал на него просьбу, и что ж, кончилось, что меня выключили из службы, — без суда и следствия, будтобы за нетрезвое поведение и злоупотребление. Я понял, что Дубельт погубил меня; хотел сначала убить его, но подумал, что за этого мерзавца погублю свою душу.

Этот злодей погубил нас обоих. Племянница моя в Распутном доме, а я пишу прошения и этим снискую пропитание, с горя теперь точно пью. Мы оба погибли, но кто нас погубил, тот кто теперь от коронации ждет награды за все гнусные дела...»

«...Между кpеcтьянaми Петербургской губернии, за Чирковицами, распространилась, Бог знает oткyдa весть, будто уланы едят детей... Почти во всех домах от «детоедов» прятали, кyдa ни попало малых ребят, и когда ктo-нибудь из офицеров спрашивал у хозяев, есть ли у них дети, они приходили в ужас, бабы с воем бросались в ноги и умоляли смиловаться над ними, предлагая вместо ребенка поросенка или теленка. С трудом приходилось уланам разуверять баб, что они не людоеды. Но недоразумение было непродолжительно. Через несколько часов между крестьянами и детоедами водворялись «лады», и молодцы-уланы весьма скоро приобретали сильных защитниц между крестьянками и приятелей между мужиками...»

Читать дальше...

О торговле в Бухарии русским хищническим золотом. Тайная миссия полковника Бутенева.
Совершенное прекращение торговли хищническим золотом вряд ли возможно, хотя по мнению моему есть средства значительно уменьшить его. Во всяком случае должно кажется начать с более бдительного и строго надзора в пограничных городах со стороны местной полиции. Я не могу и не хочу верить дошедшим до меня в Оренбурге слухам, будто бы тамошняя и троицкая полиции покровительствуют из своих выгод торговле ей, или даже, что лица, принадлежащие к полиции сами принимают участие в этой торговле. Тем не менее можно предполагать, что они имеют за сим слишком слабый надзор.

Личности и идеи в русской метафизике На суд читателей выносится работа монографического характера, рассказывающая о личностях и идеях в русской философии различных исторических периодов. В первую очередь — об идеях метафизических и о тех, кто их обосновывал и отстаивал.

К ночи козаки взяли город Атик-мурзы и засели в нем; на другой день должна была решиться их участь, надобно было вытеснить Кучума из его засеки. Козаки собрали круг и стали рассуждать, идти ли назад или вперед. Осилили те, которые хотели вперед во что бы то ни стало. «Братцы! - говорили они. - Куда нам бежать? Время уже осеннее в реках лед смерзается; не побежим, худой славы не примем, укоризны на себя не положим, но будем надеяться на бога: он и беспомощным поможет. Вспомним, братцы, обещание, которое мы дали честным людям (Строгановым)! Назад со стыдом возвратиться нам нельзя. Если бог нам поможет, то и по смерти память наша не оскудеет в тех странах, и слава наша вечна будет». На рассвете 23 октября козаки вышли из города и начали приступать к засеке; осажденные, пустивши тучи стрел на нападавших, проломили сами засеку свою в трех местах и сделали вылазку. После упорного рукопашного боя козаки победили: царевич Маметкул был ранен; остяцкие князья, видя неудачу, бросили Кучума и разошлись по своим местам. Тогда и старый хан оставил засеку, прибежал в свой город Сибирь, забрал здесь сколько мог пожитков и бежал дальше. Козаки вошли в пустую Сибирь.

Мой нос очень добрая скотина.

«Русская старина», т. II, № 11, СПб., 1870

«...Этот предмет очень плодовит, и о нем было довольно писано и переписано; жаловались вообще на его глупость, и что он нюхает всё без разбору, и зачем он выбежал на средину лица. Говорили даже, что совсем не нужно носа, что вместо носа гораздо лучше, если бы была табакерка, а нос бы носил всякий в кармане в носовом платке. Впрочем, всё это вздор и ни к чему не ведет. Я носу своему очень благодарен. Он мне говорит немолчно об вашем русском табаке, от которого я чихал, приятно чихал. Табак говорит мне о патриотизме, от которого я также чихал довольно часто.»

Н.В. Гоголь

Прешедщие бытия высокоименитых предков ваших по славе своей великое в истории привлекают внимание
... Сей храбрый государь наследовал Отеческий престол во время междуусобной Ордынских Татар войны; посылал воевать Казань и гордость Казанцев смирил, возмущенных Новгородцев отступлением Mapфы посадницы, жены посадника Исака Борецкого, умышлявших отдаться в покровительство королю Польскому и область Новгородскую соединить с короною Польскою , також и легко преклонный к возмущению примером Новгородцев Псков, уничтожив обе сии республики, привел в совершенное себе послушание и подданство; вечевой в Новгороде колокол сняв, и Марфу посадницу с детьми поимав отвез в Москву; требование Ордынского Хана Ахмета с России даней и призыв самого великого князя в Орду на поставление пренебрег, поправ Басму, или грамоту с Ханским изображением, а послов побив отпустил в Орду только одного с презрительным отказом; за что Ахмет разъярившись в 1473 г. подвигнулся на Россию со всею своею силою, которая однакож Российским воинством у реки Оки была отражена; а после того в 1481г. паки в Российские страны учинил стремление, но не дерзнув один к нападению, при реке УГРЕ ожидал Польской помощи, где сильно быв Россиянами поражаем, а при том узнав о великом кровопролитии и опустошении в Орде двумя тайно посланными Российскими воеводами с воинством, со многою добычею уже воззращавшимися, скоропоспешно в Орду свою обратился...

Читать дальше...

«Куда вы, ребята, ведь неприятель там!»
Взволнованный Дибич дал шпоры лошади и, подскакав к отступающим войскам, громко крикнул: «Куда вы, ребята, ведь неприятель там! Вперед! Вперед!» — и, став перед полками 3-й дивизии, повел их в атаку. Огромная лавина со всех сторон обрушилась на рощу. Гренадеры, не отвечая на огонь поляков и наклонив штыки, врываются в рощу; за ними пошла 3-я дивизия, далее — 6-й корпус Розена. Тщетно Хлопицкий, уже раненный в ногу, лично обходит передовую линию и старается воодушевить поляков. По грудам тел русские переходят через ров и окончательно овладевают рощей.

Читать дальше...

Два или три смежных сада имеют особливого сторожа, для которого сделана высокая на четырех жердях махина, называемая Клячуги. Она, выключая высоту, основой походит на такую лестницу, какая употребляется оконнишниками, когда им нужда вставливать снаружи стекла в высоких покоях, или какая у нас употребляется при маслиничных горах, но только, уже и к верху островатее. Близ верху сей махины сделан пол, на котором садится человек, имея у себя в руках проведенные веревки изо всех кустов вишенника. Концы оных веревок прикрепляются к частоколу, и от закрепы аршина на полтора, или на два, навязывается доска длиною на аршин и более, на которой прикреплено множество деревянных шашек на тонких веревочках. И так, когда караульщик увидит какую на дереве птицу, то трясет за проведенную к его машине веревку, отчего доска с гремушками приходит в движение и делает стук, которым птица отгоняется. Такую должность отправлять могут малые ребята, неспособные еще к другой работе; да и хозяину сада, по цене вишен в тутошнем округе, такие содержать махины и караульщиков не только не убыточно, но еще и гораздо прибыльно: но надобно иметь привычку, чтобы сие шашечное согласие сносить без скуки.

Ударили с невероятным стремлением
Генерал-лейтенант Ермолов графу Остерману-Толстому: «Лейб-гвардии уланский и драгунский полки с невероятным стремлением ударили на колонны. Одна скрылась в лес, другая огонь дерзости угасила в крови своей. Охваченная со всех сторон, легла мертвая рядами на равнине… Не представляю особенно о подвигах отличившихся …из числа их надобно б было представить список всех вообще…»

Читать дальше...

... Державы признают, что самыми действительными средствами для борьбы с торгом невольниками внутри Африки являются следующие: постепенное устройство управления, судебной власти и также церковных и военных учреждений в территориях Африки, подчиненных верховной власти или протекторату цивилизованных наций; постепенное учреждение внутри страны Державами, коим подчинены подлежащие территорий, военных станций...Военные станции должны служить точкою опоры и в случае нужды убежищем для туземных народцев... ослаблять междоусобные войны между племенами путем третейского суда; знакомить их с земледельческим трудом и с промыслами, дабы таким образом возвысить их благосостояние, приучать их к цивилизации и к искоренению их варварских обычаев, как то: людоедства и человеческих жертвоприношений

Тогда Воеводы послали в Собор к духовенству сказать, что бы они принесли к пролому Мощи Святого Благоверного Князя Псковского Гавриила с чудотворными Иконами Богородицы и другими. Немедленно подняты из Собора сии Святыни; а наперед их прискакали к пролому на конях три монаха, Печерского монастыря келарь Арсений Хвостов, Святогорского монастыря казначей Иона Наумов и игумен Мартирий, все родом из Бояр и в мире бывшие храбрыми воинами. Они воскликнули к Воеводам и воинам громким голосом: «Не бойтеся братия! станем крепко! устремимся вкупе на Литовскую силу! Богородица бо к нам грядет с милостию и заступлением и со всех Святых помощию»! Сей нечаянный глас духовных воинов оживил всех и ослабевавших. Все друг другу повторяли торжественно: «Богородица к нам грядет! о друзи! умрем вкупе за Христову веру и за Православного Царя и не предадим града Пскова»

Между сими производящими разбои Донскими казаками был единый Ермак Тимофеев сын, который послыша о идущих на них Российских войсках , заблаговременно пошел в верх по реке Каме до устья Чюсовой реки , или как в Сибирском Летописце обретается, до Строгоновского города Орла, и тем укрылся от разбития и казни, которые другие претерпели, и там он пришел к живущему богатому человеку Максиму Строгонову…

И хотя имел справедливую причину опасаться Строгонов гнева Царского за принятие сего гонимого Царским оружием; но настоящий страх, превозмогая в нем чувствие будущей опасности, принудил его принять сего страшного гостя с вооруженными с ним людьми. Ермак имел с собою шесть тысяч вооруженных людей, с коими пробыв несколько времени у Максима Яковлевича Cтрогонова, старался чрез его познать о народах населяющих Сибирь , и о их силе и богатстве, каким образом они войну производят… Получа о всем достаточные сведения, и взяв у Строганова нужные припасы , пошел он в Сибирь по реке Чюсовой