Сегодня и вчера

Выезд этот был не похож на прежние, когда выезжал он на богомолье или на какие-нибудь потехи свои: теперь он взял с собою иконы и кресты, золотом и каменьями дорогими украшенные, сосуды золотые и серебряные, платье, деньги и всю свою казну; которым боярам, дворянам, ближним и приказным людям велел с собою ехать, тем велел взять с собою жен и детей; а дворянам и детям боярским, которых государь прибрал выбором изо всех городов, тем велел ехать с людьми, конями и со всем служебным порядком. Непогода и дурные дороги задержали его в Коломенском две недели. Как реки стали, он поехал в село Тайнинское, из Тайнинского - к Троице, от Троицы - в Александровскую слободу. В Москве митрополит Афанасий, новгородский архиепископ Пимен, ростовский - Никандр, бояре, окольничие и все приказные люди были в недоумении и унынии от такого государского великого, необычного подъема. Ровно через месяц, 3 генваря 1565 года, их недоумение разрешилось: царь прислал из слободы к митрополиту список, в котором исписаны были измены боярские, воеводские и всяких приказных людей.

О прозвании, непристойном для звания, и всегдашнем благозвучии отчества. Государь Император, заметив в рядовом Сухогузове непристойное для звания солдата прозвание, Высочайше повелеть соизволил, исправить сие на основании существующего законоположения. ...Немедленно пересмотреть все формулярные списки о наличных нижних чинах, с тем, ежели в оных окажутся люди с непристойным прозванием, подобно вышепоказанному рядовому Сухогузову, то таковых впредь во всех списках показывать и в перекличках называть по отечеству; а самим людям накрепко подтвердить, дабы и они при перекличках отзывались уже по отечеству.

Начиная с царя Алексея Михайловича, обратившего всякие поместья в личную собственность, политика царей русских состояла в обращении государственной земли в частную собственность. Петр Великий, желая распространена фабрик в России, в некоторых случаях, наделяя имением, возлагал на владельца обязанность содержать таковые, в противном случае земля бралась обратно. При возглашении Положения 19-го Февраля оказались еще такие имения, с возложенною на них обязанностью содержания суконной фабрики… Существуют некоторые большие производства, которые успешно идут в руках правительства, напр.: почта, телеграф, железные дороги. Но в земледелии производство слишком мелко и может с успехом быть ведено только при личном хозяйстве.

Договор был подписан в Петербурге 12 сентября 1723 года и состоял в следующих главных статьях: 1) Его императорское величество Всероссийский обещает его шахову величеству Тахмасибе добрую и постоянную свою дружбу и высокомонаршеское свое сильное вспоможение против всех его бунтовщиков и для усмирения оных и содержания его шахова величества на персидском престоле изволит, как скоро токмо возможно, потребное число войск в Персидское государство послать, и против тех бунтовщиков действовать, и все возможное учинить, дабы оных ниспровергнуть и его шахово величество при спокойном владении Персидского государства оставить; 2) а насупротив того его шахово величество уступает императорскому величеству всероссийскому в вечное владение города Дербень, Баку со всеми к ним принадлежащими и по Каспийскому морю лежащими землями и местами, такожде и провинции: Гилянь, Мазандеран и Астрабат, дабы оными содержать войско, которое его императорское величество к его шахову величеству против его бунтовщиков в помочь посылает, не требуя за то денег.

Покончим обозрение истории Белоруссии. Неотрадна ее прошедшая судьба: вечное поприще военной брани, при которой беззащитный здешний земледелец беспрестанно переходил с новоселья на пепелище. Это поприще вековых состязаний, это перепутье могучих соперников, беспрерывно ратовавших и ходивших друг на друга; эта великая могила их ратей несметных: могла ль она зародить в себе стихии порядка, образованности и благосостояния — что есть уделом стран счастливых?»

Обеднение и даже совершенная нищета князей Рюрикова племени, проявлявшаяся уже в XVII веке, их приниженное положение в Москве, когда они стали считать за особенную честь быть холопами великого князя московского, и главным образом появление множества князей из татар и мордвы отняли всякое значение у княжеского титула, и дело дошло до того, что, по указу 1675 года название кого либо князем без имени стало считаться не почетом, а «бесчестьем». Это объясняется тем, что князь и татарин сделались словами однозначащими, так что только крестное имя отличало православного от татарина. Не говоря уже о том, что Рюриковичи с особенным удовольствием стали занимать низшие придворные служительские должности, они в XVII столетии, как, например, князья Вяземские, служили в нескольких поколениях попами и дьячками в селах у помещиков средней руки, а князья Белосельские были приживальцами у каких-то Травиных. Упадок русско-княжеских родов дошел до того, что существовавшие в своей древней княжей отчине, Боровске, ныне уездном городе Калужской губернии, князья Боровские числились в ряду тамошних посадских

Так как самым действительным средством к опровержению раскольничьих мнений казалось то, если бы доказать, что Стоглавого собора совсем не было, или, что, если он был, то от него не сохранилось актов, или, что сохранившиеся акты попорчены, или, по самому своему характеру, эти акты не имеют значения официальных бумаг,— то усилия церковно-исторической критики (это один из первых у нас опытов критики) при исследовании Стоглава, направлены были к тому, чтобы или совсем отвергнуть самое существование собора, или подлинность сохранившихся его актов, или их неповрежденность, или официальный характер и т. д. Много было потрачено труда, остроумия, учености на исследование Стоглава, но редко когда критические усилия направлялись с таким жаром в ущерб исторической истине, как в данном случае

1726 г. октября в 3 день в Верховном тайном, совете слушана челобитная иллирийского графа Саввы Владиславича племянника его Моисея Владиславича, в которой представляет, что правят на нем по указу из Сената в ревизион-контору по делу бывшего сибирского губернатора князя Гагарина, которое имело с упомянутым дядею его графом Саввою Владиславичем денег две тысячи шестьсот шестьдесят шесть рублей шестьдесят шесть копеек. А понеже де оный дядя его отправлен в китайское государство в характере чрезвычайного посланника, и перед отъездом своим никакого известия об обстоятельстве таких его интересов ему не оставил, и чтоб помянутых денег до возвращения дяди его на нем не спрашивать. И по тому его челобитью Ее Императорское Величество указала, означенных денег на нем челобитчике до возвращения дяди его из Китая, не спрашивать.

Я не знаю, что такое знание Если я, будучи философом, не знаю, что такое знание, то это влечет за собой некоторые неприятные социальные последствия. Признано, что каждый человек должен что-то знать о той области, с которой связана его практическая деятельность. Сапожник должен знать, что такое сапоги и как их шьют, повар — как надо варить борщ, каменщик — как делается кладка при строительстве дома и т. п. В силу этого знания и умения каждый из них занимает определенное место в общественном разделении труда. Точно так же философ должен знать, что такое знание, и сделать это знание достоянием других людей. В этом — его общественная функция. Читать дальше...

Добросовестная честность, искреннее желание видеть каждого вошедшим во владение своих законных прав, прирожденная склонность к деспотизму, особый склад рыцарского ума, делавший его способным на самые великодушные и смелые решения, постоянно управляли Павлом I в его политических сношениях с другими державами. Он на военном положении с Испанией, хотя между ними нет военных действий; он питает ненависть против Австрии, всякое сближение с которой тем более будет трудным, что можно сказать, их отдаление является результатом истинного несогласия. Он холоден к Англии и индифферентен к Дании. Он любит Швецию и Баварию. Он покровительствует сардинскому королю, потому что тот несчастен. Неаполь единственная держава, которую он действительно поддерживает, потому что ее посол высказывает сильнейшую ненависть к Австрии. Он союзник Порты, потому что в этом союзе есть нечто привлекательное для его характера. Пруссия из всех держав единственная, с которой он начал сношения, имеющие больше отношения к обыкновенному ходу политики…

Берг-привилегия - законодательный акт от 10 декабря 1719 года, определявший политику русского правительства в горнорудной промышленности; являлся практическим руководством для Берг-коллегии. Гарантировала право наследственной собственности на заводы, ограждала промышленников от вмешательства в их дела губернаторов и воевод, обязывала Берг-коллегию оказывать промышленникам техническую и финансовую помощь при строительстве заводов, провозглашала право свободной продажи железа. Полезные ископаемые объявлялись собственностью короны, и промышленники обязаны были платить в казну налог в размере 10% прибыли (с 1724 - 1 копейка с пуда выплавленного чугуна – так называемая десятина). В то же время Берг-привилегия охраняла феодальную собственность на землю: предпочтение при строительстве завода предоставлялось владельцу земли; промышленник обязан был платить вотчиннику за пользование лесом и землей 1/32 долю от прибыли.

Прилично ли рисовать такие картины, как Униатский Священник, взявший у мужика последнюю овцу, и с нею, в картузе, с крестом, сидящий в телеге? Что если Неправославные вздумают рисовать подобным образом Православных Священников? Прилично ли говорить, что Латинские Попы действуют для того же, для чего дьявол? Послужит ли сие к утверждению Православия? И что если Неправославные вздумают отвечать Православным подобными нежностями? Неужели прекрасно сказано, что Папа без брады истая обезьяна? Неужели позволительно бритвенную язву на браде называть печатью Антихриста? Подумал ли сочинитель, кто в России употребляет брадобритие, и на кого хочет он положить Антихристову печать? Стыдно переговаривать более нелепости сих разговоров. Советую Вам сжечь сии грамотки, которые, если дойдут до Правительства, не принесут ни чести, ни удовольствия ни сочинителям, ни распространителям.

Великая Государыня, кому не известны бывшие твои доселе скорби, в летах отроческих поспело сиротство, в юношеском возрасте еще брачным. Тако рещи, свещам неугасшим помрачило вдовство. Еще ж тыя слезы неосохли, а пришла нужда плакать и о злоключения Единоутробной крови. В том же самом ненастье поразил гром матерней смерти, стало ж уже другое то осиротение, да скоро и третье послал бог по умершем Державном Дяде. А тесноту сердца твоего в бесчестии и гонении, да Еще от безбожного раба, которыми напишем шарами, и еще того не конец. Судил бог слышать и дражайшего Племянника в вышняя отшествие богом венчанного Государя Нашего, и аки бы не довольно того между всем тем, хлеб за скудостью своей горький, и то не вовсе надежный, так что притча вдовой Горлицы на сухом древе сидящей, на тебе истину получила, видевшие же всяк скорби твоя, видят ныне данную тебе от бога, и избаву и прославление.

Мы стояли на правой стороне от трона, Дума — на левой. Среди думцев ближе к трону были правые и кадеты, впрочем, без всякой партийной группировки, а затем по середине и до конца думской группы — октябристы и немного социалистов впереди их. Мы были, конечно, в парадных мундирах, а выборные члены Государственного Совета во фраках… Напротив того, на думской стороне только меньшая половина была во фраках, прочие — частью в сюртуках и в национальных костюмах; крестьяне были в поддевках, а относительно немногие представители социал-демократов и скрытые социал-революционеры (анархисты тогда еще не зародились) в косоворотках, и притом с очевидною целью демонстрации, ситцевых, нечистых; брюки, конечно, в сапоги; одним словом, нарочито в таком одеянии, в каком ни один рабочий или мастеровой не пойдет (да и тогда бы не пошел) в праздник в гости.

На переезде от Москвы до Ярославля, оконченном в 16 дней, изгнанники получали весьма скудное содержание, кормили лошадей на свой счет и охранялись, или, вернее, сторожились 300 стрельцов. Но за то, на этом же переезде Марина услышала странную новость: ей сказали, что муж ее, гибель которого она давно оплакивала, — вовсе не убит народом, но спасся и в настоящее время благополучно обретается в Самборе, родном городке Марины, в том самом Самборе, где некогда Марина выслушивала страстные признания царевича Дмитрия, где впервые снились ей престол и корона царства московского. Спасение мужа Марины, действительно, могло казаться возможным самой Марине, слышавшей еще в Москве, что труп, выброшенный на «лобное место», позорно валявшийся тут целых три дня, мало поход ил лицом на царя Дмитрия и носил ясные следы только что выбритой бороды, которой у мужа Марины вовсе не имелось. Как бы то ни было, Марина перевезла за Которосль некоторые надежды