Сегодня и вчера

30 —. Вышло произвождение в Бабасане; на ночлеге: Попову чин, орден и шляпа от Министерства. Указы отмечены выданными в Карасу-Базаре. 31 —. Обедали в Перекопе, где на воротах подписано: «Предпослала страх и привнесла мир» (1787 года). В Тавриде Татар 33 000, новопосел. 7 000. С 1-го на 2-е Июня. Ночевали в Кизикермени; или Бериславе. — Вымыта голова за внесение похвальных войскам Рескриптов от слова до слова в Журнал. 4 —. После обеда возвратились в Кременчуг: на воротах надписано: «Возродительнице сих стран». 5 —. Три дни была сердита, да и нельзя не быть.—Письма к Великим Князьям. 6 —. Судя по Турецкой ноте, тамошнее Министерство не на нашей стороне, да и их дела не в хорошем положении. 7 —. Приехали обедать в Полтаву.

Мне пришлось впервые видеть интернат, который производил бы столь мягкое и светлое впечатление на постороннего посетителя, как интернат полтавской гимназии. Открытые, добродушные физиономии воспитанников, веселость и бодрость их, искренность во взаимных отношениях поражают глаз и чувство посетителя чем-то необычайным в закрытом заведении. Я провел в гимназии десять дней, по целым часам проводил в возрастах во время рекреаций и ни разу не был свидетелем тех грубых, надзирательских отношений воспитателей к воспитанникам или недружелюбных отношений последних к первым, которые из закрытых заведений нередко создают особый, несимпатичный мирок, где тяготятся друг другом и где сожительство удерживает какая-то внешняя посторонняя сила. Я полагаю, что своим воспитательским строем , полтавская гимназия не уступит лучшим заведениям западной Европы.

Всепресветлейшей Державнейшей Великой Государыне и Самодержице Всероссийской Императорской Академии Наук от директора и кавалера княгини Дашковой Поелику за всеми по Академии Наук расходами по 4-е число настоящего месяца состоит экономических денег сто пятнадцать тысяч рублей, то всеподданнически прошу дозволения обратить из оных тридцать тысяч рублей все в пользу добропорядочно служащих при Академии и упражняющихся в разных художествах и других должностях, приносящих трудолюбием своим казне Вашего Императорского Величества прибыли, когда таковые за старостию или по болезням продолжать служение не возмогут, чтоб для пропитания имели бы пенсию… Осмеливаюсь испрашивать Вашего Императорского Величества благоволения, дабы малая моя услуга в сделанном приращении казны вящую и на продолжительное время пользу службе Вашего Императорского Величества могла принесть

Вход в Севастопольский рейд 600 сажен шириною, и обороняется четырьмя сильными батареями, вооруженными более 400 орудий большого калибра. Рейд этот в северной части мельче, чем в южной, но вообще в редких местах глубина его менее 4-х сажен; при том отсутствие же мелей, ровный иловатый грунт и совершенное закрытие от ветра много способствуют кораблям в их стоянке в этом порте. В самом рейде, имеющем около 8 верст в длину, на южной его стороне, находятся четыре бухты: артиллерийская (для купеческих судов), корабельная, южная и киленбалочная (Килен балкою называется вообще место, устроенное в порте на берегу, с установленными на нем шпилями, блоками и другими принадлежностями для килевания судов, т. е осмотра подводной части и ее исправления); из них самая большая есть южная, а самая глубокая – корабельная, в которой трехдечные корабли могут приближаться к самому берегу. К югу от бухт южной и киленбалочной идут глубокие овраги, называемые вообще «балками». К северу от рейда, кроме батарей, находится еще крепость, имеющая вид восьмиугольника с четырьмя бастионами, из которых два южные прикрыты каждый люнётом долговременной постройки.

Проездом через любой малороссийский хутор, особенно под вечер, когда полевые работы кончены, — на большой улице, у волостного правления или возле старостиной хаты (в прежнее время, у хаты головы) иногда встречается кучка крестьян, стоящих кружком, подпершись на батожки; лица их степенны и важны; тихий, сдержанный говор гудит как в улье. Это громада, мирская сходка. От великорусской отличается она именно этой сдержанностью, спокойствием, тишиной — в противоположность известному галденью мироедов и крикунов на сходках в средней полосе России. Их и нет этих мироедов — и не из чего было бы хлопотать крикунам, так как в Малороссии нет и не было ни круговой поруки, ни переделов полей, ни самой общины. «Гуртове як чортове» говорит малоросс; т.е. что общее — то ничье. Накопится ли недоимка за каким-нибудь захудалым крестьянином — в прежнее время за помещичьих платил помещик, за вольных голова сам раскладывал недоимку на общество, зная что хохлы и не пойдут на сходку из за такой безделицы; во всем же прочем — каждый ответчик сам за себя.

Исландские Саги не имеют той древности, которая необходима для сказания о нашей до Рюриковской истории. Древнейшая Сага «Арефрода» есть произведение XI века, следственно современная Нестору… Саги писаны не как история, но как романы Исландии, удалившимися туда Шведами, Норвежцами и Датчанами (вследствие уничтожения мелких Коннугств и введения государственного порядка). Саги, для Русского человека, любящего свое отечество, могут быть объяснением многим сказаниям Нестора, но нашлись люди, которые усиливаются сделать из них злоупотребление, оскорбительное для истории древней России. Прочтите полный подстрочный перевод древнейшей Саги Эйдмунда; она составлена со слов пятерых Исландцев, возвратившихся из дружины служившей Русскому Князю Ярославу. 3-ю, 4-ю и часть 5-й главы, передам здесь, слово в слово: Глава III. …Эйдмундовцы не прежде оставили путешествие, как прибыв на восток в Голмгардию, к конунгу Ярислейфу (Ярославу). Они решились, (не предлагая своей службы другим), наперед явиться к конунгу Ярислейфу, согласно настоянию Рагнара. Конунг Ярислейф был в родстве с Шведским конунгом, Олафом: он имел (в супружестве) дочь его Ингигерду…

Логическая проверка характера Годунова, обстоятельств окружавших его и сопровождавших смерть Димитрия, не представляют никакого здравого основания к обвинению подозреваемого; потому что этим убийством, если бы богобоязненный и дальновидный Годунов и был способен на такое злодеяние, — он не мог достигнуть трона, потому что трон принадлежал еще тогда Царю Феодору, за которым в замужестве была родная сестра Годунова, и следственно у Феодора могли родиться наследники, — как это и случилось — по смерти Димитрия. А при том, мог ли Годунов рассчитывать наверное, что его непременно изберут в Цари, по прекращении династии Грозного? Но к несчастью Годунова, он жил  и действовал в такое время и в такой сфере, в которых он имел против себя не одну только непримиримую вражду слепого местничества и предубеждения сильного духовенства, но еще и темные поверья грубых привычек и нелепых предрассудков большинства

«Модное войско» Конная артиллерия стала модным войском. Петербургский beau-monde приезжал смотреть на конно-артиллерийский строй.— Comment, vous n’avez pas encore vu l’artillerie a cheval — был возглас, часто повторявшиеся и во дворце и в гостинных, особенно в присутствии князя Зубова. В конную артиллерию были назначаемы офицеры, которые приобрели военную репутацию, георгиевские кавалеры, люди с протекцией и красавцы. Читать дальше...

В сем исследовании своем сочинитель употребляет все возможные доказательства для убеждения читателя, что слово «Кремль» неопровержимо происходить от Псковского «Крома», который, не как собственное, а уже, по его мнению, как нарицательное имя означает всякую крепость. Рассматривая внимательно это рассуждение, признаюсь, я не мог не удивиться некоторым доказательствам сочинителя, на которых он утверждает свою тему, и которые, по моему мнению, отнюдь не столь сильны, чтобы убедить читателя. И вот причина побудившая меня разобрать подробно все это сочинение. Впрочем, я отнюдь не имею в виду вступать в спор с сочинителем касательно существования во Пскове какой-то крепости «Крома». Я доказываю только то, что имя нашего «Кремля» не происходить от сего «Крома» и не имеет ничего общего ни с ним и ни с какими другими названиями городов, сколько-нибудь подходящими к нашему «Кремлю» по своему названию.

Вообще иностранные свидетели сходятся на том, что Бирон искал популярности в русском обществе. В своем месте мы докажем, что он был обязан регентством именно русским: генерал-прокурор кн. Трубецкой, кн. Куракин, гр. Головин, гр. М. Головкин и, в особенности, Бестужев-Рюмин, — вот партия, стремившаяся к этому! Бирон сам колебался: иначе зачем ему было выговорить себе право во всякое время сложить с себя обязанности регента и уехать в Курляндию. Немцы: Остерман, Миних и Левенвольде высказались поневоле в его пользу, будучи к тому вызваны Бестужевым-Рюминым. Русские вельможи преследовали не исключительно своекорыстные цели: их пугала возможность правления герцога Брауншвейгского и, в особенности, герцога Мекленбургского, которые были несравненно более нежелательны, нежели Бирон. Сделавшись регентом, последний вел себя как добросовестный правитель

В Комитет входили гр. В. П. Кочубей, Н. Н. Новосильцев, гр. П. А. Строганов и кн. Н. А. Чарторыйский. Задачей Комитета было «сначала представить действительное положение вещей, затем — приступить к реформе различных частей администрации … и, наконец, увенчать эти установления гарантией в виде конституции, согласованной с истинным духом нации». На практике Комитет рассматривал не только общие, но и ряд частных вопросов, причём вопросы преобразования государственного устройства не получили развития и завершения. С 24 июня (6 июля) 1801 г. по 12 (24) мая 1802 г. было проведено 35 заседаний комитета; затем последовал длительный перерыв, после которого, с 26 октября (7 ноября) по 9 (21) ноября 1803 г., состоялось только четыре заседания. Фактически Негласный комитет перестал собираться с ноября 1803 г. Официального делопроизводства комитета не велось. Сохранились записи гр. П. А. Строганова дневникового типа, опубликованные под названием протоколов.

По тогдашнему недостатку в деньгах, и в народе, в котором неравенство счастья было еще невелико, денежная пеня могла быть удовлетворительным наказанием за всякое преступление, тем паче, что не могущий заплатить возложенные пени лишался своей свободы, и отдаван был в рабство обиженному или его родственникам; а страх мщения, законом дозволяемаго, паче нежели самые законы, был уздою удерживающею наносить другому обиду. — И хотя некоторые из законов Ярославлих и являются нам странными, грубыми, и от порядка естественного отдаленными, но между прочих находим и такие, которые и просвещенным векам сделали бы честь, как например, в § IX-м, за жизнь рабы вящая пеня положена нежели за жизнь раба; в § X-м, доносителю Русскому предписано, в подтверждение своего доноса, представить семь свидетелей а иностранному токмо двух…

План предстоящей войны с Наполеоном, составленный подполковником Чуйкевичем 2 апреля 1812 года . ... Надобно вести против Наполеона такую войну, к которой он еще не привык, и успехи свои основывать на свойственной ему нетерпеливости от продолжающейся войны, которая вовлечет его в ошибки, коими должно без упущения времени воспользоваться, и тогда оборонительную войну переменить в наступательную. Уклонение от Генеральных сражений; партизанская война летучими отрядами, особенно в тылу операционной неприятельской линии, недопускания до фуражировки и решительность в продолжении войны: суть меры, для Наполеона новыя, для французов утомительныя и союзникам их нестерпимыя.

Вся тяжесть жизни в плену Посадили нас на небольшой буксирный пароход и перевезли на берег к пристани. С парохода наши офицеры увидели входящие на рейд наши суда: «Николай I», «Сенявин» и «Апраксин» — все под японским флагом. Все мы пришли в ужас и не верили своим глазам, но в действительности этого пришлось убедиться в тот же день. Только что мы вышли на берег, подошел к нам переводчик, извинился, что мы должны поместиться очень неудобно, так как специальные помещения не приготовлены; спросил меня могу ли я пройти пешком минут пять, на что я ответил: «Могу, но не скоро». И повели нас в порт в какой-то пустой сарай. Шли, конечно, под конвоем, и я не отрывал глаз от своих ног, чувство испытывая ужасное... В сарай сейчас же принесли нам по чашке кофе и несколько пачек папирос, чем доставили большое удовольствие, так как курить страшно хотелось, а папирос не было ни у кого из нас. Затем нам сейчас же выдали по куску мыла и по полотенцу — тоже приняли с удовольствием.

И так в конце 1784 года открылись давно уже продолжавшиеся негодования и подозрения двора против нашего общества. Коварство, клевета, злоба, невежество и болтовство самой публики питали их и подкрепляли. Одни представляли нас совершенными святошами; другие уверяли, что у нас в системе заводить вольность, а это делалось около времени Французской революции; третьи, что мы привлекаем к себе народ и в таком намерении щедро раздаем милостыню. Иные рассказывали, что мы беседуем с духами, не веря притом существованию духов, и разные разглашали нелепости, которым столько же неблагоразумно верить, сколько непохвально распускать их. Но из того, что бывают тайные общества вредные, никак не можно с благоразумием заключить, чтоб не могли быть и полезные. Известны примеры, что давали отраву в Причастии. Но что ж из того заключить можно против Причастия?