Мережковский и Философов о положении в Совдепии

Мережковский и Философов о положении в Совдепии

Знаменитый автор «Юлиана Отступника», «Антихриста» («Петра Великого»), «Леонардо да Винчи», «Александра I» Дмитрий Мережковский посетил вчера редакцию «Нашего края» в сопровождении известного публициста, Дмитрия Философова.
Разговор пошел на тему актуальных вопросов политики.
Оба выдающихся русских писателей весьма заинтересовались заявлением, сделанным английским представителем О'Греди сотруднику «Морнинг пост» касательно выдвинутой в копенгагенских соглашениях возможности смены системы советов в России.
- Смена такая,- говорил г. Мережковский, - вполне возможна. Мы должны себе отдавать отчет в том, что в России фактически давно уже нет ни тени советской власти, которую заместила автократия Ленина и Троцкого. Автократия эта удерживается благодаря той самой силе, которая поддерживала «самодержавие» царей; она есть эксплуатация психологии несознательной толпы, которая, как раньше окружал особу царя почитанием и обожанием во имя внушенного ей убеждения, что царь – «помазанник» Божий, так и сегодня те же самые чувства питает к красному царю Ленину, которого ему представили, как воплощение идеи социализма - всеобщей справедливости. Как в те времена царь использовал христианские идеалы, святотатственно злоупотребляя верованиями народа, так и сегодня красный царь Ленин использует идеи всеобщей справедливости, с которыми у него нет ничего общего.
И именно как Ленин, так и Троцкий, отдавая себе в этом отчет, готовы в любой момент пойти на так называемую смену строя, устроить маскарад «конституционного народного собрания», которое из-за полного подавления интеллектуальных сил России станет еще одним советским митингом.
Европа, и в особенности Англия, - утверждает наш знаменитый собеседник, - не знает России вообще, а сегодняшней особенно. И это обстоятельство используют большевики. Они знают, что в России ничего создать нельзя, не меньше того они знают свою силу разрушения всего, и не только у себя, но и во всем мире. Большевики отдают себе отчет и в тех великих потрясениях, которые сейчас переживает вся Европа.
Отсюда готовность «смены строя» в России, естественно, в надежде, что эта «смена» обеспечит им возможность фильтрации в Европу действительно отлично организованной идеи разрушения.
Польша,- говорит Мережковский, - сегодня единственный активный фактор в Европе, как организм, развивающийся в государство.
Польша образует сегодня вал от затопления Европы большевизмом. Поэтому роль Польши исключительно ответственна.
Плохо информированы французы о России, если утверждают, что большевизм - это революционное движение. Задача Польши исправлять эту ошибку: ибо большевизм - это величайшая реакция, которую можно себе вообразить, - разрушение культуры и упразднение свободы и принципа личности на несколько лет.
И ваши солдаты, победоносно идущие вперед, должны знать, что не во имя завоеваний и подавления «революционных волнений», но во имя свободы, которую несет их оружие, они должны сражаться с большевиками.
Русский народ примет польских солдат с открытыми руками - заверял нас великий писатель.
В этом месте нижеподписавшийся прервал диалог вопросом, почему интеллигенция, так многочисленная в России, просто не проявляет признаков жизни, - почему в обществе, которое состоит в большинстве из противников большевизма, не пробуждается никакой реакции против власти Ленина. - В Польше, - говорил я, - чем сильнее был гнет, тем сильнее реагировало на него здраво мыслящее общество. Несколько лет мы должны были жить подпольной жизнью, мы готовили и разжигали очаги бунта, которые сегодня дали плоды в виде обретения оружием целостности Родины...
Ответ на этот вопрос дал г. Философов.
- Лишение свободы слова, террор и преследования смели некоторым образом с поверхности нашу интеллигенцию. Если вы были в прифронтовых местностях и видели разрушенные города, руины церквей и зданий, - то скажу вам, что эти руины точно отражают то, что в области культуры осталось в России после уничтожительной работы большевиков... Вы говорите о польских восстаниях. Но нужно помнить, что и эти восстания готовились в эмиграции в течении целых лет, что эмиграция посылала эмиссаров в страну, что только под их влиянием пробуждался дух польского революционера.
То же самое происходит сейчас и в России. Интеллигенция и лучшие русские личности в эмиграции основывают очаги мысли, противостоящей большевизму. Естественно, это работа поколения, которая сразу не может принести плоды.
- Вы не можете себе представить, - включается господин Мережковский, - как затруднена роль интеллигенции в современной России. Одно можно установить, как результат большевистской деятельности: факт создания большевиками нового, совершенно до тех пор неизвестного общественного класса в современной России - мелкой буржуазии, среди которой интеллигент ненавистен, как тот, кто по природе вещей сопротивляется большевистским теориям, которые эту мелкую буржуазию вызвали к жизни.
Идея социальная здесь доминирует. Политики, можно сказать, здесь нет совершенно.
И вот сейчас этот новый класс людей жаждет одного: чтобы пришел кто-то сильный и гарантировал им землю и права, которые они получили еще во время февральской революции.
Если бы это поняли Юденич и Деникин, действия их не закончились бы поражением.
К сожалению, как один, так и другой шли на Россию во имя возрождения бывшего государства, с которым многомиллионные русские массы раз навсегда распрощались. Юденич раздумывал, признавать ли Финляндию; Деникин не формулировал ясно своего отношения к независимой Польше - и эти политические шаги погубили их окончательно. Потому что русский народ не хочет сейчас чужого.
- А каково ваше отношение к Польше, - спросил я.
- Оба мы с г. Мережковским, - сказал г. Философов, - стоим на почве прав Польши на границы 1772 г. Признание этих прав должно быть исходным пунктом при установлении польско-российских отношений.
О частностях не сужу. Знаю одно, что ввиду общей опасности, какой грозит нам большевизм, отношения между Польшей и возрожденной Россией должны быть самые дружественные.

На этом закончилась беседа, отчет о которой предоставляем нашим читателям.

Merezhkowski i Filosofow o stosunkach w Sowdepji // Nasz Kraj. 1920. Nr. 46 (255), 25 lutego.

Павел Лавринец. Мережковский, Гиппиус, Философов: три Виленских интервью