К этому времени Карл V набрался такого могущества, что всерьез попытался продавить первый общеимперский монетный стандарт – Eβlinger Reichsmünzordnung (Эслингенский имперский монетный устав), принятый 10 ноября 1524 г. Рейхстагом и подписанный императором в Эсслингене-на-Неккаре. Согласно ему денежной единицей государства был установлен голдгульден 917 пробы (фактически 916,667, но, как правило, ее округляют для простоты) и весом 2,624 гр. (что соответствовало 89 монетам из кельнской марки в 233,588 гр.) Его эквивалентом был признан гульдинер/талер общим весом в 29,23 гр., содержащий 27,41 гр. серебра 938 пробы (1/8 кельнской марки серебра, 15/16 чистоты). Гульдинер согласно уставу должен был состоять из 24 грошенов серебра 750 пробы или 60 крейцеров. При этом уже существовавшие миллионами иоахимсталеры имели чуть меньший вес в 27,2 гр., но перечеканивать их, естественно, никто не стал. Несмотря на то, что каноны Эслингенского устава de facto игнорировались, он заложил основы всех последующих стандартов, ввел наименование «талер» и обозначил и утвердил окончательный переход монетной системы из Средневековья в Новое время.
Augsburger Reichsmünzordnung был принят в Аугсбурге в 1551 г. для исправления неработающего Эслингенского и что бы зафиксировать юридически фактический курс и вес используемых монет. По нему серебряный имперский гульден должен был содержать 27,5 гр. чистого серебра, а золотой – 2,53 гр. чистого золота и оба равняться 72 крейцерам (0,373 гр. чистого серебра). В действительности устав был реализован только в Австрии и южной Германии (южнее реки Майн), поскольку северные земли традиционно придерживалась других стандартов чеканки, но он уже хотя бы где –то заработал. В 1559 г. к нему было принято дополнение, легализовавшее рейнские дукаты в 3,5 гр. золота 986 пробы, которые были изготовлены по международному стандарту. Золотые и серебряный монеты были отвязаны друг от друга и получили разное содержание: гольдгульдены 75, а гульдинеры 60 крейцеров. Официальным названием гульдинера был провозглашен имперский талер – reichstaler (Rthlr., Rtl., Thl.) остававшийся таковым до XIX в. (в котором заменен легким прусским талером на Севере и конвенционным талером на Юге). Первоначально он равнялся 68 крейцерам, а к 1580 году – 90 крейцерам, что было вызвано быстрым уменьшением содержания серебра в последних. Соотношение с грошеном (1 Rtl. = 24 грошена) было стабильным. Южные земли (Аугсбург, Нюрнберг, Тироль, Австрия) приняли стандарт, потому что власть Габсбургов там была почти абсолютна, но север и восток (Саксония, Бранденбург) на него наплевали. В итоге параллельно существовали Meißnische Gulden = 21 Meißnischen Guten Groschen = ⅞ Rtl., Fränkischen Gulden = 60 fränkischen Kreuzern = 20 Gute Groschen = 75 rheinische Kreuzer = ⅚ Rtl., Mariengulden = 20 Mariengroschen = 50 rheinischen Kreuzern = ⅝ Rtl. и еще десятки вариантов. С середины XVII в. многие земли чеканили двойные, четверные талеры, а некоторые – даже чудовищные 16 –кратные, массой почти в полкило серебра и диаметром около 10 см., конечно же, использовали их только в донативных и тезаврационных целях.
Благодаря дальнейшим усилиям Карла V, Фердинанда I и Максимилиана II к 1600 г. талер действительно стал de facto общеимперской денежной единицей в торговле (он чеканился в десятках дворов и принимался почти везде, но с вариациями веса и пробы), но без унификации мелкой монеты, каждый округ устанавливал свои порядки и чеканил свою мелочь – разнообразные Rechnungsgulden и Landmünze. Рудольф II постарался стабилизировать курсы и провел еще одну реформу, ужесточив контроль над монетными дворами и возложив его на Имперскую камеральную палату (Reichskammergericht), но это не сильно помогло. Интересно то, что в итальянских государствах аналог талера – scudo d'argento начали чеканить в Милане по приказу Карла V в 1551 г. Это была мощнейшая монета в 32 гр., позже возникли ее многочисленные варианты, не уступающие по числу немецким: папский, савойский и прочие скудо, генуэзская либра, ломбардский таллеро и т.п. Во Франции аналогом талера стал выпущенный в 1641 г. ecu d’argent (ecu blanc) – серебряный экю, массой 27,19 г (содержал 24,933 г серебра), позже при Людовике XIV он стал иметь внушительный размер в 41 мм и массу 30,6 гр с серебром 917 пробы. Чуть раньше, в 1551 г. была выпущена первая британская серебряная крона с изображением короля Эдуарда VI. Она приравнивалась к 5 шиллингам, весила 31,014 гр. и содержала 28,546 гр. серебра. Регулярная чеканка крон продолжалась до 1751 г., после чего в связи с большим дефицитом серебра в Англии прекратилась на 67 лет. В этот период нужда привела к неофициальному обращению в качестве «кроны» испанского песо.
В Швейцарии чеканка монет была довольно скромной по масштабам и потребность в валюте покрывалась за счет иностранных монет, однако, гульдинеры там начали чеканить еще с 1501 г., а к 1564 г. многие кантоны, например, Базель, завели свои монетные дворы. Обменные курсы значительно колебались, например, в XVIII в. 1 рейхсгульден = 1¼ Luzerner Münzgulden = 2½ Sittener Gulden = 3 Freiburger Florins bons = 3¾ Freiburger Florins petits = 5 Florins de Genève. В Нидерландах было принято сразу два стандарта: Rijksdaalder (рейксдалер) ~29 гр. около 60 стюверов и облегченный Leeuwendaalder (левендалдер) примерно 26 гр. = 36 стюверов и широко применявшийся для торговли. В Польше введенный в 1528 г. злотый был оценен в 30 кронгрошей и примерно приравнен к талеру. Даже в Дании в 1516 г. Кристиан II (отчеканил первый Sølvgylden, весом 23,68 гр. Более поздние сёльвгюльдены, с чистым весом более 26 гр. стали прародителями speciedaler и rigsdaler.
Интересно, что Испания задержалась с введением солидной монеты – знаменитых 8 реалов, pieces of eight, «восьмерика» или пиастра лет на 50. Даже после Рейхстагов, на которых прошло утверждение талера имперской монетой, Карл V, в силу колоссальных долгов, все никак не мог дойти до реформирования испанской монетной системы, просто не хватало серебра! Только в 1543 г. сразу на 5 дворах в стране (Casa vieja de Segovia; Real Casa de la Moneda de Burgos; Real Casa de la Moneda de Sevilla; Real Casa de la Moneda de Toledo; Real Casa de la Moneda de Valladolid) из под молотков вышли куда менее изящные и опрятные, нежели в Саксонии и Богемии, огромные монеты в 6 и 8 реалов. Интересующий нас восьмерик был больше и тоньше талера (42 х 2 мм) и имел вес 27 грамм 931 серебра.
В 1619–1623 гг. на фоне Тридцатилетней войны случились Kipper – und Wipperzeit, букв. время «перевешивателей» (так называли тех кто обрезал монету) и «пересыпальщиков» (или весовщиков, т.е. тех кто переплавлял монеты с целью порчи – разбавления сплава излишней лигатурой). Частные банкиры, арендаторы монетных дворов (Münzpächter) и даже купцы создавали фальшивые монетные союзы и выпускали токены, по виду похожие на рейхсталеры, но с минимальным содержанием серебра. Имперские уставы 1559 и 1566 гг. окончательно перестали соблюдаться – каждый князь чеканил как хотел. Из одной талерной заготовки, рассчитанной на монету весом 29 г серебра, делали до 4-6 монет, хорошие монеты по закону Грешема неумолимо вымывались с рынка и уплывали за пределы империи, в 1619 г. хлеб в Саксонии стоил 1 настоящий талер, а 1622 г. – уже 20–30 порченых талеров. Солдаты массово требовали зарплаты «хорошей монетой» – и грабили население, когда её не получали. Настал коллапс денежного обращения: торговля почти остановилась, налоги стали бессмысленны, в Тюрингии, Саксонии, Вестфалии вспыхнули голодные бунты, по дорогам пошли банды мародеров, банки рухнули, доверие к княжеским монетам упало до нуля, отныне ничей профиль на кругляше ничего не значил. По сути за 400 лет до 1923 г. произошла первая немецкая гиперинфляция, такого кризиса Европа еще не видела и не знала, что делать. Фердинанд II в 1623 г. издал очередной ордонанс: Reichsabschied 1623, по которому запретил все частные монетные союзы, установил курс для обмена плохих монет на хорошие, подтвердил стандарт рейхсталера (Reichstaler) как основной имперской валюты и учредил жесткий контроль над его выполнением, была введена новая монетная стопа – Лейпцигская (Leipziger Münzfuß).
На сей раз навязать свою волю жестко и починить денежную систему у императора получилось именно благодаря той же причине, по которой она и рухнула – войне. Католические князья, города и епископства были зависимы от императора в вопросах защиты и финансирования армий и больше не могли открыто игнорировать имперские распоряжения, иначе рисковали потерять поддержку армии, стать мишенью для соседей и лишиться доступа к имперским контрактам и налоговым преференциям. Кроме того, лояльные князья видели в Фердинанде II духовного лидера и опору Контрреформации и были готовы были следовать его директивам, в том числе и в экономической сфере. Протестантские князья на северо-западе империи (например, Саксония) игнорировали его указы, но их влияние было ограничено военным и экономическим давлением, не говоря уже о том, что резкое падение доходов от порчи монеты больно ударило и по их карману и стабилизация финансовой системы была выгодна обеим воюющим сторонам, несмотря на то, что ее инициировал император –католик.
Фердинанд III и Леопольд I должны были разгребать бардак после Тридцатилетней войны. Имперская реформа монет шла с 1648 по 1667 г., она подтвердила прежний стандарт талера (29,2 г), учредила новые региональные Kreismünzstände – объединения князей, имеющих монетную регалию, по имперским округам и создала общие Probämter – пробирные палаты для контроля за соблюдением стандарта. Успех был, но половинчатый: на бумаге рейхсталер оставался имперской денежной единицей, но в реальности все равно еще существовала масса его региональных вариантов (саксонский, бранденбургский, баварский, австрийский и т. д.).
Отметим, что право курфюрстов (а так же вольных городов, епископств и прочих) на суверенные дворы никто не отменял. В итоге монеты с профилем Леопольда I, хоть он и был императором, чеканились вовсе не по всей империи (это был бы эквивалент того, как если бы, скажем председатель Си начал сейчас печатать доллары со своим портретом). Они чеканились только и исключительно в домене Габсбургов, на австрийских дукатах он был представлен как эрцгерцог, на богемских и венгерских – как король, на прочих – как князь или соответствующий суверен той земли. У прочих курфюрстов были монеты с их физиономиями, хотя все они свободно ходили и обменивались по всей империи. Реформы монетной стопы были направлены всегда на унификацию не по эмитенту (такого бы и в страшном сне не привиделось), а только на унификацию веса и пробы монеты (против чего тоже яростно протестовали курфюрсты, каждый хотел чеканить как пожелает, по своему внутреннему выгодному для него курсу, а вопросы универсальности и свободного обращения за пределами своих земель их мало волновали). В итоге в это дикое и безбашенное время параллельно существовали сотни талеров и десятки дукатов со всевозможными епископами, князьями и прочими лендлордами.
В середине XVIII в. новый серьезный игрок – Пруссия принялась шатать имперскую систему. В 1737 г. Фридрих Вильгельм I начал чеканить Wilhelms d'or – «золотого Вильгельма», копию двойного «Золотого Луи» (12,245 г чистого золота). С учетом что ему назначили принудительно завышенный курс в 10 талеров, популярностью он не пользовался (отчеканено всего 5833 монеты), но его наследник Фридрих II поправил дело, введя Friedrich d’or – «Золотого Фридриха» ( 6,68 гр. 875 золота), а саксонец Фридрих Август спустя три года повторил подвиг своим August d’or. В ответ на это в 1753 г. Мария Терезия вводит свой знаменитый Konventionstaler (и Konventionsgulden), ставший одной из самых известных монет мира (рестрайки выпускаются до сих пор, а как валюта он использовался в диких землях типа Саудовской Аравии и Африки вплоть до 1960-х!). К новому союзу – Wiener Münzkonvention с новой стопой (Konventionsfuß) в 20 гульденов = 1 марка чистого серебра присоединяется Бавария и все южные земли. В Священной римской империи начинается раскол на саксонско-прусские и австро-баварские деньги, при этом внутри двух союзов унификация нарастает, чему способствует полный переход на машинную чеканку.
Император Иосиф II (совместно с Марией Терезией) в 1763 – 1776 гг. завершают дело, устанавливая окончательный дошлифованный стандарт Reichsmünzkonvention, но Пруссия и Ганновер его игнорируют, параллельно существует две стопы: южная Konventionsfuß (основа – австрийский гульден в 11,69 г серебра) и северная Leipzigerfuß (основа – прусский талер в 25,98 гр. серебра), просуществовавшие до краха империи в 1806 г. Идея унификации возродится только в XIX веке – уже в Германском таможенном союзе (Zollverein, 1834) и при создании Германской империи (1871), когда появится золотая марка. В 1834 г. северные и южные государства договариваются о новом стандарте приближенном к австрийскому и рейхсталеру (Талер в северной Германии = 16 грошей, грош = 12 пфеннигов, это т.н. Prussianfuß, «прусская стопа»). Австрия не вошла в Zollverein, поэтому сохраняла свой Konventionsgulden (1 гульден = 20 крейцеров).
В 1865 г. Франция, Бельгия, Швейцария и Италия создают Латинский союз, единый биметаллический стандарт 1 франк = 4,5 г серебра = 0,2903 г золота, постепенно к нему подключаются (иногда легально, иногда нет) все новые появляющиеся в мире страны: Италия, Румыния, Греция, Болгария, даже Черногория, кроме того его принимают некоторые страны Латинской Америки (например, Аргентина). Все монеты в рамках Латинского союза взаимозаменяемы. Австрийский Конвенционный гульден с 1867 г. пересчитан, чтобы соответствовать Латинскому союзу: 1 гульден = 2/3 франка, 10 гр. серебра. Германские государства (до 1871) постепенно ориентировались на золотой стандарт, но в Латинский союз формально не входили. К 1873 г. Австрия стала участником Латинского союза, вводится крона 0,30488 гр. золота. Австрия интегрировалась в международную валютную систему, северные германские государства – нет.
Может показаться что крона не совпала с франком, но различия там минимальны. 1 франк соответствовал 0,29 гр. чистого золота (по исходной золотосеребряной паритетной конверсии, 15,5:1, Латинский союз официально фиксировал серебро как основной стандарт, золото – как эквивалент по фиксированному курсу). Крона же (100 геллеров) имела 0,3 гр. чистого золота (4,8 гр. серебра по латинской стопе) и была чуть усилена. Так случилось потому, что Австрия переходила с исходного гульдена в 11,69 гр. серебра к кроне в 1/2 гульдена для удобства внутреннего пересчета. Разница в 5% была небольшая, но заметная, так что на практике для международных расчётов применяли уместное округление, поэтому монеты формально считались совместимыми. Германия после 1871 г. вводит свою золотую марку в 1/2790 кг. чистого золота (0,358 гр).
В итоге на 1900 г. в Европе сосуществовало 4 монетных системы. Британская имперская: фунт стерлингов 7,322 г золота (вся территория империи в мире); русская имперская: рубль 20 гр. 900 серебра / 1,161 гр золота (по Латинскому курсу 15,5:1), причем до 1897 – серебряный стандарт, после – золотой; германская имперская: золотой стандарт марка 0,358 гр. золота; Латинский союз / Австрия: франк/крона 0,29/0,30 гр. золота (4,5/4,9 гр. серебра). Испанская система базировалась на песете в 0,29 гр. золота, формально совместимой с Латинским союзом (хотя и не была его частью), а Португалия имела свой отдельный путь: в реале было всего 0,0177 гр. золота, так что минимальной золотой монетой были 1000 реалов в 1,77 гр. В итоге если взять минимальную золотую монету каждого блока, курс был такой. Австро-Венгрия / Испания / Латинский союз / Второй рейх / Британская империя / Российская империя / Португалия соотносились как 1,05:1:1:1,23:25,2:1,18:0,62. Доллар США соотносился с Латинским союзом как 1:5,18.
