Филипп III Добрый мастерски использовал Столетнюю войну для собирания Нижних земель в свое растущее Бургундское герцогство, одновременно пытаясь чутка придушить своеволие богатых бюргеров (успокоив их тем, что ввел принципиально новый орган самоуправления – Генеральные штаты, один из старейших парламентов, доживший до наших лет). Фрисландию, Зеландию и Эно он получил от уже упомянутой кузины Жаклин, Брабант, Лимбург и Антверпен от ее покойного первого мужа, а в 1443 г. просто купил Люксембург у своей тетки Елизаветы фон Гёрлиц. Его сын Карл Смелый, таким образом, стал владельцем огромных и богатейших земель, но смог править ими всего 10 лет до своей бесславной гибели в 1477 г.
Довольный Людовик XI немедленно оккупировал 2/3 Бургундского герцогства и дочке Карла, 20–летней Марии ничего не оставалось, кроме как принести Бургундию в приданое Максимилиану, эрцгерцогу австрийскому, из рода Габсбургов, про которых надо говорить очень отдельно. Вкратце же, если выбирать благородный дом Старой Европы, который может смотреть, как на чернь, даже на каких–нибудь Стюартов, не говоря уже о выскочках Романовых, то это будут Габсбурги. Достаточно сказать, что из их династии произошло 18 из 51 императоров, причем трон Священной римской империи они удерживали почти 400 лет. Произошли они из северной Швейцарии и жили там примерно с X века, в XIII перебрались в Австрию.
Уже в то время в Европе активно боролись три силы: Папский престол (отчаянно пытавшийся сохранить за собой верховную власть в вопросе коронации земных владык), французы (в лице Карла I Анжуйского) и немецкие императоры Гогенштауфены (в лице Конрада IV, хотя формально он оставался королем германцев, Папа его так и не признал), заруба происходила, как водится, на территории Италии. Отдельно пикантности придавало то, что Анжуйцы/Плантагенеты фактически имели свою державу внутри Франции, контролируя заодно и Англию. Как герцоги Нормандии и Аквитании и графы Анжу, они, конечно, приносили оммаж французскому королю за все свои французские земли, но как короли Англии они были независимыми монархами и фактически имели территории, намного превышавшие по богатству и населению домен Капетингов. Карл I Анжуйский был братом Людовика IX Святого и помимо родовых владений постепенно стал еще и графом Прованса и Форкалькье, королем Неаполя, королем Сицилии, королем Албании, Иерусалимским королем и князем Ахейским.
Франция и Священная Римская империя тогда были похожи в плане лоскутности своих территорий и могущества почти независимых вассалов. Отличием был лишь важный символизм: с одной стороны правил избираемый властитель, формально возвышавшийся над всеми королями и претендующий на титул Императора Запада, легитимного наследника Рима, а с другой – простой наследный король. Однако, уже к XIII в. король Франции стал реально сильнее императора – те всё больше зависели от князей и пап, а французские короли, наоборот, шаг за шагом превращали номинальных вассалов в подданных. Императоры, конечно, первое время формально считали и французские земли частью «Западной империи римлян» Карла Великого, но на практике когда Фридрих Барбаросса в 1170–х попытался напомнить о «универсальной власти» французскому Людовику VII, тот прямо заявил, что французская корона держится «от Бога одного, а не от императора». С этого момента императорские притязания на Францию стали скорее теоретической фикцией и тихо растворились. Однако, это не мешало им устраивать своеобразные прокси–войны в которых в качестве полигона (и возможной награды) исторически служила Италия, где и сложил голову последний Гогенштауфен.
Рудольф фон Габсбург уже был к тому времени одним из самых богатых и влиятельных людей Южной Германии, а за поддержку германского короля Конрада IV Папа Иннокентий IV (сам мечтавший загрести в Папское государство всю Италию) отлучил его от церкви. В 1273 г. Рудольф был избран королем германцев, разбил чехов и собрал под своей рукой ядро будущего родового домена Габсбургов: австрийские и чешские земли. Так как замес с Папами все еще был в разгаре, формально императором он не стал, но власть имел аналогичную. С 1312 титул императора был восстановлен и какое то время принадлежал Виттельсбахам и Люксембургам, но в 1438 г. вернулся к Габсбургам (в лице Альбрехта II, которого почти сразу сменил Фридрих III) и фактически оставался в их руках до падения империи в 1806 г. (с небольшим перерывом 1743–1765 на одного Виттельсбаха и одного Лотарингца).
К новым вершинам Габсбургов привел Максимилиан I, сын Фридриха III и тут история делает круг и возвращает нас к Марии Бургундской, которая принесла ему остатки герцогства, что бы спасти от французов (исторически бургундцы и австро–баварцы были в тесных отношениях, см. историю Жана Жестокого). От их союза родился Филипп Красивый, он же Австрийский (I), он же Бургундский (IV) и Испанский (тоже I), невероятным маневром отданный Максимилианом за Хуану Безумную, дочь Католический королей Испании. Сестра Филиппа Маргарита через полгода вышла замуж за Хуана Арагонского. Испанцы пошли на этот союз с той же целью, что и Габсбурги – объединится что бы противостоять беспредельным амбициям французских Людовиков, уже твердо укрепившихся у себя и посматривающих на соседей. Филиппу, впрочем, не повезло, он умер в 28 лет, всего через 10 лет после свадьбы (то ли от болезни, то ли отравленный французами или испанскими недоброжелателями), Хуане тогда было 26. После смерти мужа ее нарекли Безумной и в итоге низложили, хотя насколько это было следствием ее потенциальной шизофрении, а насколько – политической интригой, до сих пор неизвестно. Однако, ее сын Карл I Испанский (он же V Габсбург), взойдя на престол Священной римской империи в 1520 г. стал самым могущественным человеком в мире.
От отца, Филиппа I он получил Бургундские Нижние земли, от матери половину Испании (Кастилию, Леон и Андалусию, тогда еще Испания была всего лишь личной унией монархов, а не единой страной) и все владения Кастилии в Новом Свете; от деда по материнской линии Фердинанда II Арагонского вторую половину Испании (Арагон, Каталонию и Валенсию), кусочек Франции – Руссильон и изрядный шмат Италии: Неаполь, Сицилию и Сардинию; а от деда по отцовской линии Максимилиана I родовые земли Габсбургов: Австрию, Штирию, Каринтию и Тироль.
Еще за 6 лет до его рождения, в 1494 г. разгромив бургундцев французы (в лице Карла VIII, амбициозного сына Людовика XI) сделали очередной подход к Италии, под предлогом того, что Анжуйская ветвь исторически имеет право на Сицилию и Неаполь (см. выше, в общем история снова закольцовывается). Богатые государства Севера: Милан и Венеция не обрадовались этому, как и Сицилия (где как раз правил Фердинанд II Арагонский) и Папа римский (Александр VI, тот самый легендарный Борджиа, согрешивший настолько, что его личные покои в Ватикане считались оскверненными и были запечатаны на сотни лет до 1860–х), они позвали в союзники Максимилиана I и даже Англию и принялись успешно вваливать захватившим Неаполь французам. Карл VIII отступил, а затем трагически самоубился, врезавшись ночью лбом в каменный косяк низкой двери, ему наследовал в 1498 Людовик XII. Он все переиграл, забил на Неаполь и вместо того предъявил (как внук Валентины Висконти) права на Миланское герцогство, уже договорившись с Папой, Флоренцией и Венецией против прочих итальянцев. Им противостояли испанцы и немцы, резня продолжалась 5 лет, Испания сохранила Неаполь, а Франция захватила Геную и Ломбардию.
Третья война началась с того, что венецианцы, опасаясь усиления прежнего союзника Максимилиана I, не пропустили его короноваться в Рим. Тот обиделся и сформировав союз из прежних врагов: нового Папы Юлия II, короля Арагона Фердинанда II и короля Франции Людовика XII в 1508 г. принялся мощно топтать Венецию. Спаслась она только благодаря чудесам дипломатии и многочисленным уступкам. Чудеса привели к тому, что уже в 1511 г. Папа, Испания, Англия и Максимилиан I заключили союз уже с Венецией и принялись изгонять из Италии французов. В итоге Францию так хорошо ущемили, что, опасаясь возвышения всех прочих игроков, Венеция в 1513 г. снова переметнулась к Людовику (и почему ее всегда все так ненавидели...), на помощь Франции пришла аж Шотландия, начав прописывать англичанам (о чем шотландцев никогда не надо было просить дважды), но проиграла им. В итоге кончилось все смертью Юлия II, кровожадного и властного, который всячески поддерживал эту кашу. Северная Италия оказалась поделённой между Францией и Венецией.
В 1521 г. пришло время Карла I/V. По жизни у него были две проблемы: Нижние земли и Италия. Еще его отец Филипп Красивый успокоил фламандские города, даровав им многочисленные привилегии и подтвердив вольности, до поры до времени ничего не предвещало беды. Карл, желая немного навести административный порядок в своих колоссальных владениях, в 1549 г. издал Прагматическую санкцию, по которой выводил Нижние земли из состава Священной римской империи в личный домен дома Габсбургов. Их после отречения унаследовал в 1556 г. его сын, Филипп II, религиозный маньяк, с которого и началась Восьмидесятилетняя война. Вообще уже упоминавшийся фанатизм Габсбургов и их крайняя упоротость в вопросах веры, являвшаяся родовой шизой, значительно повлияла на Европу: Нидерланды подожгли репрессии Филиппа II, а Германию – такой же нетерпимый фанатизм его дальнего родственника, тоже императора Священной римской империи Фердинанда II Габсбурга, приведший в 1618 г. к началу Тридцатилетней войны.
А обе войны, радикально перекроившие Европу, вообще случились только потому, что 31 октября 1517 г. Мартин Лютер прибил к дверям виттенбергской Замковой церкви свои «95 тезисов», в которых он выступал против существующих злоупотреблений Католической церкви, в частности против продажи индульгенций, начав Реформацию. А продажа оная началась, в свой черед, именно потому, что римским папам были нужны невообразимые деньги на два главных мегапроекта: колоссальную перестройку Ватикана (включая собор Святого Петра, самый большой храм на планете в то время) и непрерывную войну и интриги в Италии, в попытке захватить большую часть полуострова и устроить там теократию. Так замкнулось еще одно кольцо событий.
В Итальянской войне 1521 — 1526 гг. Карл V пытался пробить сухопутную дорогу между владениями Габсбургов в Австрии и Испании, захватив многострадальный Милан (ну или, по крайней мере, наметить ее пунктиром). Ему противостоял очередной француз, Франциск I. Война обернулась для французов поражением, Карл забрал и Милан и еще и остатки бургундских владений в Нижних землях – саму Бургундию, Артуа и Фландрию. Сразу после победы Карла Франциск отрекся от всех своих обещаний и денонсировал Мадридский договор, перетащив на свою сторону очередного Папу – Климента VII, который тоже мечтал об Италии для папства и был недоволен усилением испанцев. Он привлек на свою сторону Венецию (кто бы сомневался) и началась новая страшная война. Впрочем, Папа полез в это дело зря – ландскнехты Карла захватили, сожгли и разграбили Рим (о чем даже есть соответствующая песня у Sabaton), что здорово отучило Пап лезть в политику (да и вообще на волне продолжающейся Реформации такой плевок в сторону Святого престола уронил его престиж в ноль). Французы снова проиграли, подтвердили Мадридский договор, а Папа был вынужден униженно короновать Карла как императора (чего очень не хотел).
В 1536 Карлу показалось мало, он предъявил права на Савойю, чем разжег новый виток Итальянских войн. Бои продолжались вплоть до Марселя и Авиньона (и Карл бы в теории мог взять Прованс, таки воплотив мечту о единых владениях Габсбургов в Европе), но испанцы не осилили: Пьемонт достался Франциску, все прочее – без изменений. В 1541 г. Франция сделала то, от чего обомлел весь христианский мир (и то, от чего долго не могла отмыться). Франциск заключил союз с Антихристом, посланным Европе за грехи: султаном Сулейманом I Великолепным, считавшим себя по праву владельца Константинополя Kayser–i Rûm и претендовавшим на имперскую корону. В 1527—1528 годах турки завоевали Боснию, Герцеговину и Славонию, к 1530–м дошли до центральной Венгрии и отчаянно щемили австрийских Габсбургов. Могущество Сулеймана было так велико, что он с успехом вёл наступательную войну против коалиции самых сильных стран христианской Европы, заодно не забывая о походах на Восток и укрепляя свою власть внутри империи.
В войне против такого врага на сторону ультра–католического Карла V перешел даже одиозный английский король Генрих VIII, незадолго до того в 1534 г. провозгласивший «Акт о супрематии», отрекшийся от власти Папы и основавший англиканство. Тем не менее разногласия между англичанами и имперцами, а также серия анти–испанских восстаний в Генуе и Сиене и непрекращающиеся атаки турецкого флота заставили Карла V пойти на переговоры с Францией. По миру в Крепи 1544 г. статус–кво в Италии был восстановлен, хотя Англия продолжала удерживать Булонь. Мир не продлился долго – в 1551 г. новый французский король Генрих II объявил войну Карлу V и вторгся в Лотарингию, оккупировав ее аж до Рейна. В 1556 г. замученный всем этим, уставший и разочарованный, Карл V отрёкся от испанского престола в пользу своего сына Филиппа II и от титула императора в пользу младшего брата Фердинанда I. В 1558 г. пал Кале, находившийся под властью Англии более двух веков, а вскоре французские войска вступили на территорию Испанских Нидерландов, но в 1559 г. общее истощение сторон заставило пойти на мирные переговоры. Франция отказалась от всех претензий на Италию, удержав за собой лишь Салуццо. Пьемонт и Савойя были возвращены герцогу Савойскому, Милан и Неаполитанское королевство были признаны владением Испании. Взамен Франция получила Кале, а также три лотарингских епископства: Мец, Туль и Верден. Испания сохранила Франш–Конте и Нидерланды. Великие итальянские войны закончились.
За 63 года войны Италия была разгромлена, престиж и власть Папства уничтожены, север вымер от ударов чумы, а вся страна (как и Франция с Испанией) жестоко страдали от сифилиса, разнесённого по Европе с 1490–х годов. К концу войн Италия оказалась в значительной мере под испанским влиянием, что остановило процесс политической консолидации и национального единства на века. Итальянские банки, раньше ведущие в Европе, потеряли все влияние. Север: Милан, Ломбардия, Генуя – лежали в руинах, потери населения доходили до 57%, все что можно разрушить было разрушено, разграблено и сожжено. Погибло суммарно около 3 млн. человек (максимальные оценки включая жертв эпидемий и голода). Италия из цветущего уголка Ренессанса и культуры на пару веков превратилась в разоренную и сожжённую помойку Европы, отдельные очаги культуры продолжали светится только в Риме, Венеции да Флоренции.
Франция по итогам тоже не обрадовалась – с 1560–х ее начали терзать жестокие Религиозные войны с гугенотами, Австрию прижали османы и война с ними стала кровавой константой Юго–Восточной Европы вплоть до 1880–х, на Балканах творился сущий ад и настоящий дикий фронтир. Германию подожгла Великая крестьянская война, одно из самых массовых восстаний в истории, которая продолжилась войной Шмалькальденского союза – протестантов против Карла V. За столетие с начала Реформации до Тридцатилетней войны (1518 – 1618 гг.) Германия была постоянной ареной религиозных, социальных и межкняжеских войн. Что же касается Нижних земель то Карл был просто вынужден выделить Семнадцать провинций из исторического Бургундского округа в отдельный субъект, что бы успокоить независимых и горячих горожан. Отсюда и Прагматическая санкция, выделяющая отдельное de facto государство на территории современного Бенилюкса — независимого от Священной римской империи и выведенного из централизованного правового поля. Прагматизм этого признания состоял в том, что в новом статусе эти земли должны были продолжать способствовать получению дохода империей.
Однако, что–то пошло не совсем так. После открытия Америки торговые пути переместились из Средиземного моря в Атлантический океан, в силу своего выгодного географического положения Нидерланды, а не собственно Испания являлись морскими воротами Габсбургов, и именно нидерландские купцы скапливали в своих руках основные доходы от трансатлантической торговли. Нидерланды стали стремительно богатеть. Карла, несмотря на суровые методы его правления, бюргеры рассматривали как лидера, который нужен Нижним землям. Филипп II же вырос в Испании и не говорил ни по–фламандски, ни по–французски и что хуже – был фанатичный католик. На Севере в это время было неспокойно: с 1558 по 1584 гг. русские воевали в Ливонии, в конфликт влезли Великое княжество литовское, Швеция и Дания, на это наложилась Скандинавская семилетняя война с 1563 по 1570 гг. между Швецией и коалицией Дании, Любека и Польши. Северная торговля страдала, голод, морозы и неурожаи дотянулись и до Нижних земель, Филипп II устраивал гонения на протестантов, те в ответ громили церкви, в итоге он окончательно утратил контроль над ситуацией и отправил армию. В 1567 г. Фернандо Альварес де Толедо герцог Альба вошёл в Брюссель во главе 10–тысячного войска и учинил террор, за три месяца его Bloedraad – «Кровавый совет» казнил около 2 тыс. человек. Нижние земли не успокоились. Они восстали.
В 1648 г. два мира: Мюнстерский и Вестфальский закончили два невероятно кровавых конфликта – Восьмидесятилетнюю войну и Тридцатилетнюю. Германия лежала в руинах, потери исчислялись миллионами, Испания, бывшая в 1550–х самым богатым, блистательным и могущественным государством Европы не смогла удержать Нижние земли. Родилась Республика Соединенных провинций – современные Нидерланды.
